Сочинение на тему: Своеобразие конфликта в романе Замятина «Мы»


Сочинение на тему: Своеобразие конфликта в романе Замятина «Мы».
Рейтинг: 5.0/1
Просмотров: 48 | Добавил: Re-van (07.03.2019) (Последнее изменение: 07.03.2019)

Всего ответов: 4

Обсуждение вопроса:
Всего ответов: 4
0 netscout
07.03.2019 оставил(а) комментарий:
Своеобразие конфликта в романе Е. И. Замятина «Мы»

Труд художника слова — не профессия, а тяжелое бремя, можно ска­зать, образ жизни. Писатель постоянно раздираем противоречиями, хо­тя и стремится к гармонии; жаждет понимания, однако нередко остает­ся непонятым современниками; он втайне мечтает о «покое и воле», но находит их только в «буре», не умея останавливаться на достигнутом и даже боясь любой остановки «благодушества». И вот один борец за все­общее счастье, за установление справедливости на земле, переживший когда-то царские застенки, высмеивающий старорежимные болота Рос­сии, оказывается неуспокоенным даже в новом, так горячо некогда же­ланном мире. И снова критика и сатира (со слезами, как принято Испо­кон веков на Руси), снова застенки, но уже, увы, не царские, снова ссыл­ки, но уже, увы, с Родины освобожденной. А все почему? Как уже отме­чалось не одним критиком, талантливому писателю дано увидеть и показать (наверное, каким-то внутренним взором) даже больше, чем сам он предполагает или знает. Так и Евгению Замятину, основным врагом которого, по его же утверждению, была и будет энтропия духа, удалось заметить, что дело, которому он служит, слишком велико для человече­ской невсеохватной мысли, что результаты работы, тщательно и с любо­вью замысленной и исполненной, оказались иными, неожиданными и… страшными для человека. Вот иной взгляд в эпоху повального сча­стья — взгляд с позиции отдельной личности (для которой, кстати ска­зать, это счастье и замысливалось)!

Оторвавшись на мгновение от картины прекрасного будущего для «всех», Замятин, а вслед за ним еще многие и многие писатели, попробо­вал спроецировать это прекрасное будущее на единичного его представи­теля. И по старой русской литературной традиции сделал героем своего романа человека, а не целое дружное сообщество людей, как того требо­вала новая революционная поэтика. В эпоху массовости в литературе и жизни писатель закономерно вспомнил о человеке, без истории жизни которого, ставшей стержнем романа, произведение, по мнению О. Ман­дельштама (современника Е. Замятина), теряет всякий смысл. Неугод­ный взгляд на мир «несговорчивого» писателя привел к созданию не­угодного романа, в центре которого значимость одного человека вдруг противопоставили всему миру. Своеобразие же данного конфликта, не нового для насыщенной нравственно-психологической проблематикой (начиная с А. С. Пушкина и заканчивая Ф.М. Достоевским и Л. Н. Тол­стым) русской литературы, состоит в особенностях противостоящих сто­рон: утопически прекрасное, исконно желаемое общество, обретенный земной рай и обыкновенный, заурядный представитель «осчастливлен­ного» народа.

Абстракции будущих миров, так прекрасно изображенные в традици­онных утопиях, нашли себя в романе Е. Замятина. Писатель, подобно своему «учителю» Ф. М. Достоевскому, и не собирался перечить глаша­таям новоприобретенного Эдема, где всем хватает пищи и крова, где не надо трудиться в поте лица, добывая хлеб свой насущный, где люди прозрачно-чисты, где нет места лжи и зависти… Однако, ставя в центре произведения отдельного представителя облагодетельствованной расы, писатель невольно превратил произведение о лучшем обществе в про­изведение о жизни человека этого нового общества. От демонстрации правильного социального устройства «сторонним наблюдателем» он пе­решел к частным впечатлениям индивида, живущего по новым законам совершенного государства.

Продолжение ниже
0 netscout
07.03.2019 оставил(а) комментарий:
Мир антиутопии Замятина стерильно прекрасен: прозрачные, стек­лянные дома, прямые улицы-проспекты, нефтяная пища (решившая окончательно проблему Голода), чистота и порядок рационального бы­тия, отгороженного от неправильностей и неточностей природы Зеленой Стеной, радуют глаз не только повествователя, но и читателя. Сам рас­сказчик, Д-503, благонадежный представитель новой эпохи, талантли­вый математик и… обыкновенный, ничем не выдающийся человек. Он прекрасно существует в данном мире, вполне доволен своей жизнью и, более того, готов нести все достижения современного ему общества ми­рам, возможно, не достигшим такого идеального уровня развития. Мы пока имеем дело с «нумером» (так именуются члены общества будуще­го), не ощутившим себя человеком. Конфликт антиутопии завязывается тогда, когда в герое, рационально мыслящем существе, возникают ирра­циональные, собственно человеческие чувства, просчитать и предвидеть которые оказалось невозможно даже умнейшему нумеру Д-503. Незна­комое до этого чувство — любовь — пробуждает в герое-конформисте сознание внутреннего человека, до сих пор дремавшее, заглушенное в нем, включающее в себя противозаконную и опасную фантазию, жажду уединения, ненужное в новом обществе стремление к самопознанию и самообъяснению и, самое ужасное, желание свободы (главного разруши­теля всей стройной системы Единого Государства). Теперь врач, занятый профилактикой отклонений нумеров, ставит Д-503 диагноз: «Плохо ва­ше дело! По-видимому, у вас появилась душа». Итак, неожиданно про­снувшееся чувство помогло герою собрать воедино некогда специально разомкнутые составляющие человеческой природы — душу, ум и тело. Теперь уж он никогда не сможет целиком отдаться обществу, он непо­знаваем для «всех» именно из-за наличия «непрозрачного» элемента — души. Герой постепенно ощущает свое «Я», обретая природную память: он узнает тайну своего появления на свет (тайну всегда смущавших его волосатых рук), радость встречи с произведениями свободной (древней) культуры, необыкновенный вкус вольной природы, как вкус собствен­ного единоличного величия, он узнает боль ревности и радость от этой боли. И Д-503 готов уже на муки и смерть, лишь бы оставаться свобод­ным и любимым (для героя Замятина эти понятия едины).

Но гонимый человек в мире антиутопии не в состоянии, как правило, изменить своей участи (это уже стало законом жанра), и Д-503 обречен. Особенностью конфликта в романе Е. Замятина оказывается то, что окончательное развенчание мятежника (душевное) вкладывается в руки его Любви. В мире «Мы» одна утопия выступает против другой — уто­пия Единого Государства, тоталитарного режима, машинно-конвейерно- го бытия сменяется утопией партии «Мефи», ратующей фактически за освобождение животной сущности людей (практически — за разруше­ние Зеленой Стены). Любовь, намеренно возбуждаемая в Д-503 мятеж­ной героиней 1-330, оказывается оружием в руках члена партии, стремя­щегося к покорению и подчинению, нужного для воплощения партийной идеи в жизнь нумера. Для нее влюбленный лишь Строитель Интеграла (она так и представляет несчастного своим сторонникам на митинге за Зеленой Стеной), и он опять, уже в другом сообществе, не смог обрести собственного имени, а получил вместо числа (данного Единым Государ­ством) дескрипцию («Строитель Интеграла»), а по Замятину, и числа и дескрипции — признак разложения человека («По вас цифры ползают, как вши»).

Д-503, как и любой другой герой антиутопии, не побежден оконча­тельно, пока не допустит лживые идеи о всеобщем счастье в свою непро­зрачную душу. А потому слова старой доносчицы Ю и даже Благодете­ля, раскрывающие «притворство» и тайные замыслы I, вновь обретшему себя человеку практически безразличны. Он покоряется окончательно лишь тогда, когда одновременно включаются в его существе обе полови­ны — душа, растерзанная ревностью и разочарованием в возлюбленной, и интеллект, постигший бесконечность мира и тем самым опровергший основу Единого Государства. Так происходит окончательное развенча­ние обеих утопий романа: механистического, тоталитарного подавления и уничтожения природного, архаичного, доличностного. Все это рычаги одной машины, обе системы исходят из одной философской категории, из одной концепции мира, являясь только разными ее полюсами. Сча­стье и свобода в соединении их, а не в разобщении, но это в безысходном мире антиутопий недостижимо.
0 newsgg
07.03.2019 оставил(а) комментарий:
Роман Евгения Замятина «Мы» был написан в 1921 году и стал попыткой зафиксировать цикличность истории, отыскать подобное в прошлом и будущем, увидеть сегодняшний день сквозь отражение мыслей о нем. Автор обращается к принципиально новой жанровой форме романа-антиутопии для того, чтобы показать механизмы времени и истории. В начале века идеал счастливого мира начал воплощаться в действительность и предстал в тоталитарно-техническом воплощении.

Одним из определяющих факторов для творчества Е. Замятина является его отношение к революции. Писатель не покинул Россию после 1917 года. В революции он видел не только ужасы и жестокость, но и стихию свободы, подтверждение собственного видения мироустройства. Идеалом Замятина было постоянное движение вперед, он не терпел инертности и застоя. В связи с этим Замятину было сложно принять точку зрения Бердяева о состоянии культуры в переломные времена. Философ считал, что в период революции развитой культуры быть не может. В «Философии неравенства» он писал: «Революционное начало по существу враждебно культуре, антикультурно… Дух революционный хочет вооружить себя цивилизацией, присвоить себе ее утилитарные завоевания, но культуры он не хочет, культура ему не нужна». Потрясенный переменами в стране, Замятин раскрывает в своих произведениях проблему создания совершенного общества, задумывается об идеях, которые объединяют людей.

Роман Евгения Замятина «Мы» долгое время называли памфлетом на существующий политический строй. Для самого Замятина это был, в первую очередь, способ высказать свои мысли и ощущения о ходе истории. Естественно, что Единое Государство, описанное в его книге, во многом похоже на коммунистическое. Писатель не мог игнорировать окружающую его действительность, не мог не анализировать ее.

Замятин в своем произведении отразил опасные тенденции, которые могут привести человечество к жизни в тоталитарном государстве, где личность не сможет развиваться. Одинаковость всех, отказ от индивидуальности имеет серьезные последствия. В Едином Государстве все думают одинаково, ходят строем на прогулку, одеты в униформу и живут в однотипных домах. «Освобождение? Изумительно: до чего в человеческой породе живучи преступные инстинкты. Я сознательно говорю: “преступные”. Свобода и преступление так же неразлучно связаны между собой, как… скорость и движение…» – говорит герой Д-503.

В антиутопии «Мы» Замятин показал, как можно организовать жизнь человека, превратить его в послушную машину, которая будет выполнять любую работу, соглашаться на разные нелепости. Причем такая жизнь вполне устраивает жителей Единого Государства. Они счастливы, что живут в неком «идеальном» сообществе, где нет необходимости мыслить, что-то решать. Даже выборы главы государства доведены до абсурда. Уже несколько лет выбирают одного из одного же человека, подтверждая полномочия «Благодетеля». Государство смогло сделать самое страшное – убить в людях душу. Они потеряли ее вместе со своими именами. Теперь лишь номера отличают одного из них от другого.

В жизнь Первого Строителя «Интеграла» неожиданно для него самого входит любовь. Входит вместе с музыкой Скрябина. Звучит она как отрицательный пример, должный показать, что выше современных «математических композиций» быть ничего не может. На эстраде Аудиториума рояль из прошлого. Женщина в костюме древней эпохи. «Села, заиграла. Дикое, судорожное, пестрое, как вся тогдашняя их жизнь, – ни тени разумной механичности. И, конечно, они, кругом меня, правы: все смеются. Только немногие… но почему же и я – я?»

Продолжение ниже
0 newsgg
07.03.2019 оставил(а) комментарий:
Свое возрождение Д-503 воспринимает как катастрофу и болезнь, когда врач говорит ему: «Плохо ваше дело! По-видимому, у вас образовалась душа». На время Д-503 пытается вырваться из обыденного круга, оказывается среди бунтарей. Но привычка жить по давно заведенному порядку оказывается сильнее любви, привязанностей, любопытства. В конце концов страх перемен и привычка к послушанию побеждают возродившуюся, но еще не окрепшую душу. Спокойнее жить по-прежнему, без потрясений, без мыслей о завтрашнем дне, вообще ни о чем не заботясь. Опять все хорошо: «Никакого бреда, никаких нелепых метафор, никаких чувств: только факты. Потому что я здоров, я совершенно, абсолютно здоров… из головы вытащили какую-то занозу, в голове легко, пусто…»

Ярко и убедительно Замятин показал, как возникает конфликт между человеческой личностью и бесчеловечным общественным укладом, конфликт, резко противопоставляющий антиутопию идиллической, описательной утопии.

Показательна фантастическая история Великой операции из романа «Мы», рассказывающая о насильственном удалении фантазии у всех «нумеров» – граждан Единого Государства. В условно-деформированном виде эта история отражает неприятие Замятиным уравниловки, несвободы, нивелирования индивидуального, увиденных им в жизни молодого советского общества. Финал романа показывает торжество тоталитарного строя, однако Стена, за которую убегают все недовольные режимом, все еще не восстановлена.

Свое великое произведение Е. Замятин написал в форме дневника, где содержится сорок записей. Для романа характерна исповедальная манера повествования, которая контрастирует с лаконичным и выверенным стилем Государственной Газеты. Неполные предложения и экспрессивные конструкции говорят о том, что Единое Государство все еще состоит из живых людей, способных на эмоции и чувства.

В модели идеального общества, которую сконструировал Замятин, нет места иррациональному началу, корню квадратному из –1 или любви. Писатель утверждает, что государственное устройство должно быть прямым следствием природы человека, не противоречить ей.
avatar